МИЭК – с 1999 года!
RUS/ ENG

Выступление Анастасии Зиневич на Конгрессе Укранского союза психотерапевтов

К вопросу о методологии экзистенциальной терапии, практикующейся членами УАЭКТ

 

Выступление выпускника МИЭК, к.ф.н Анастасии Зиневич на Конгрессе Укранского союза психотерапевтов (8 июня 2020, онлайн)

 

Во всем мире существует несколько школ экзистенциальной терапии, каждая из которых развилась на основании своей философии, это:

  • школа «Дазайн-анализа» М. Босса, развившаяся на основе Хайдеггеровского экзистенциализма (охватывает Швейцарию и германоязычный мир);
  • школа В. Франкла, развившаяся на основании феноменологии и антропологии М. Шелера (в ней существует 2 разветвления, 2 разных учебных заведения: Институт В. Франкла и ГЛЕ интернешнл – А. Ленгле);
  • американская школа Дж. Бюдженталя и Р. Мэя (на основе работ экзистенциального теолога П. Тиллиха);
  • школа Р.Д. Лэинга, развившаяся из философии Ясперса и давшая толчок для появления Английской школы экзистенциальной терапии (наиболее яркие её представители: Э. Ван Дорцен и Э. Спинелли);
  • школа - А.Е. Алексейчика – была основана в 1970ые гг. на основе философии Ф.М. Достоевского, Н. Бердяева и А. Сурожского (между прочим М. Хайдеггер считал Достоевского своим учителем);
  • школа А.В. Гнездилова - выросла в 1980е гг. из философских поисков Серебряного века и практик М. Волошина;

 

Еще 2 менее известные Школы:

  • итальянская школа «Софиа-анализа», основанная на философии Антонио Меркурио (лидер - Габриэла Сорджи);
  • и школа К. Дюргхайма, основателя и своей философии, и практики – развившего их под влиянием дзен-буддизма и японских боевых искусств (она охватывает Германию и Швейцарию).

 

Еще существуют  китайская и латиноамериканская школа экзистенциальной терапии, но они не пришли на европейский континент.

 

В Европе существует несколько учебных заведений, готовящих экзистенциальных терапевтов - и у каждого из них свой лидер.

Это независимые течения, которые развиваются самостоятельно из разных культурных пространств: 2 учебных заведения в Лондоне - это Риджент Колледж (лидер Э. Спинели) и Экзистенциальная Академия (лидер Э. ван Дорцен); Институт HEPI (лидер Р. Кочунас); институт МИЭК (лидер Семен Борисович Есельсон); ГЛЕ интернешнл (лидер А. Ленгле); греческий институт «Эллинистическая ассоциация экзистенциальной психологии» (Gignesthai) (лидеры Е. Георганда и К. Зимнис); Итальянский Институт гуманитарных и экзистенциальных наук (лидер Ж.-Ф. Буффарди).

МИЭК, ГЛЕ интернешнл и ХЭПИ – экстерриториальны, их площадки располагаются на территории разных стран. А у итальянцев, англичан и греков – прикреплены к конкретному месту.

С 2015го г. усилиями одной из основательниц Британской школы экзистенциальной терапии Эмми ван Дорцен – эти школы встречаются на Всемирных Конгрессах по экзистенциальной терапии. В 2015м г. – в Лондоне, в 2019м г. - в Буэнос-Айресе. Следующая встреча будет в 2023м г. - в Афинах.

 В УАЭКТ представлены несколько школ экзистенциальной терапии, существующих в Украине. На сегодня в УАЭКТ есть представители школ Бьюдженталя, Гнездилова, Алексейчика, Босса и Дюргхайма. Благодаря УАЭКТ они могут встречаться и обмениваться опытом. Так, в 2018 г.  в Киеве состоялась конференция УАЭКТ, на которой встретились представители нескольких из этих школ.

Нашими почетными гостями, за счет визитов которых много было сделано для популяризации экзистенциального подхода в Украине, являются:

  • проф. Саймон дю Плокк (главный редактор международного журнала «экзистенциальный анализ», его следующий визит готовится нами на декабрь этого года);
  • заслуженный врач Литвы Александр Алексейчик,
  • замечательный шотландский психиатр Брюс Скотт (одно время руководивший Филадельфийской ассоциацией учеников Р. Лэинга);
  • а также Арнхильд Лаувенг, замечательная норвежская психотерапевт, лидер современной антипсихиатрии, самостоятельно «переоткрыла» экзистенциальный подход к психопатологиям (заново открыв то, что в 1960-е открыл Р.Д. Лэинг).

Также нашими почетными гостями являются:

  • Г. Миккин из Эстонии,
  • Р. Петронис из Вильнюса (бывший президент Восточно-европейской ассоциации экзистенциальной терапии (ВЕАЭТ)),
  • Казис Ремейкис (эксперт двух комитетов ООН, врач клиники Алексейчика),
  • Р. Будрис (зам. директора Института гуманистической и экзистенциальной психологии (HEPI)).
  • А С.Б. Есельсон так часто и давно бывает у нас, что гостем его мы не считаем. (Если считать что его род по отцовской линии весь был расстрелян в 1941г. в Украине, а сам он много лет назад первым начал проводить у нас экзистенциальные группы - то он уже не гость).
  • Еще почетными гостями являются профессора Эмми ван Дорцен и Дигби Тантам.

Также мы договаривались со знаменитым американским экзистенциальным терапевтом, учеником Р. Мэя и Дж. Бьюдженталя - К. Шнайдером - о многодневном семинаре по «экзистенциальной конфликтологии», но из-за карантина он отодвинулся на год.

28-29 июня на IX Всемирном Конгрессе по психотерапии, который будет проводиться online – 10 членов УАЭКТ выступят на экзистенциальном симпозиуме – о проблемах психотерапии онлайн, связанных с карантином. Главная из этих проблем, о которой они будут говорить - гарантия конфиденциальности для клиента. В своей квартире – нет гарантии, что не подслушивают или не войдут.

Все вышеперечисленные Школы и Институты представлены во Всемирной Энциклопедии по экзистенциальной терапии, вышедшей в прошлом году в Лондоне. 10 мая состоялся II Европейский конгресс Федерации экзистенциальной терапии в Европе (ФЕТЕ): в её правление, а также в комитет по членству и в комитет по учебным стандартам был избран и вошел С.Б. Есельсон. В палату профессиональных общественных организаций и в комитет по массовым коммуникациям вошла президент УАЭКТ Анна Лелик.

Поскольку большинство членов УАЭКТ - слушатели и выпускники МИЭК, представляющие собой школу Алексейчика и школу Гнездилова, продолжающих и развивающих методологию и практику этих школ, то я сегодня буду говорить о методологии тех направлений экзистенциальной терапии, которая практикуется в МИЭК.

 

Принципы экзистенциального мировоззрения:

(при написании опиралась на выступление Есельсона С.Б. на II Всемирном Конгрессе по экзистенциальной терапии в Буэнос-Айресе в мае 2019).

  1. Отказ от субъект-объектного мировоззрения
  2. Важность контекста для понимания
  3. Опора на собственный жизненный опыт
  4. Деуниверсализация
  5. Принцип жизненного мира (Мы живем не в одном и том же мире)
  6. Культурная полилингвистичность
  7. Принцип дополнительности.
  8. Принцип неоднородности пространства и времени
  9. Чувство меры
  10. Экзистенциальное обучение должно само быть экзистенциальным, жизненным

 

Отказ от субъект-объектного мировоззрения

Экзистенциальная философия коренится в феноменологии Э. Гуссерля. Главной задачей феноменологии является вопрошание об основаниях своего мировоззрения. Если же мы не ставим такой вопрос – наше мировоззрение «наивно». Ежели мы обнаруживаем истоки своего мировоззрения – мы способны отнестись к нему критически, обнаруживая его границы. Уже это заставляет нас признать, что наше мировоззрение не абсолютно, не всеобще и не имеет всей полноты истины. Вначале ХХ века Гуссерль ставит вопрос об основаниях естественнонаучного мировоззрения, господствующего в науке и философии на протяжении 300 лет Нового времени. И обнаруживает его истоки – в идеях Галилея и Декарта. До этих двух мыслителей было немыслимо смотреть на мир со стороны, находясь вовне этого мира, выявляя некие всеобщие законы природы (или миропорядка). Тем более было немыслимо раздваивать человека на сознание и тело, отождествляя свое «я» с сознанием, якобы независимым от тела, аффектов, «психики», и глядящего и на себя и свою психику – как на объект.  Вопрошая о том, как вообще стал возможен субъект-объектный подход, в котором я как субъект смотрю на себя и на мир как на объект – я попыталась самостоятельно проследить этот путь и обнаружила, что революционный сдвиг в миропонимании – от средневекового к Нововременному - произошел в 1453 г. – в год падения Константинополя и захвата его турками. Вместе с греками, бегущими из захваченной Византии – в Италию впервые попадают подлинные тексты Платона, но с ними и тексты гностиков, (в числе которых и 14 трактатов Герметического корпуса Гермеса Трисмегиста, сочиненные во II-III веке н.э.). Флорентиец, неоплатоник эпохи Возрождения Марсилио Фичино переводит трактаты герметического корпуса.  Именно гностицизму присущи взгляд на этот мир как на чужой, враждебный, и желание освободиться от мира и от оков собственного тела. Для этого гностики предлагали «познавать» мир (гнозис – «знание»), дабы подчинить его, и тем преодолеть власть его законов. До эпохи Возрождения гностицизм был практически побежден христианством. Так, в латиноязычном мире были уничтожены все гностические рукописи. И вот гностицизм возродился на заре Нового времени. Без этого невозможно было бы и становление науки. Позже оказалось, что к такому же выводу пришел в своих раскопках истоков Нового времени и ученик Хайдеггера Г. Йонас. Итак, одним из важнейших условий возникновения науки – было формирование позиции Наблюдателя, стоящего вне мира, даже над миром, и превращающего этот мир в свой объект. Понятно, что до Нового времени таким Наблюдателем мог быть только Бог. И только дерзко узурпировав место Бога – став над миром – и можно было учредить науку. Для такой противоестественной операции выхода из мира – необходимо, чтобы реальные экзистенциальные связи с миром мыслителю-исследователю не мешали.

В экзистенциальной философии произошло преодоление субъект-объектной дихотомии. Г. Марсель назвал ее «позицией внешнего  Наблюдателя» и противопоставил  ей «позицию участника» - вовлеченного в Бытие. Так же и М. Хайдеггер противопоставил отчужденному от мира  «калькулирующему» рассудку – бытие-в-мире. С другой стороны, возникший из-за само-объективации раскол  человека на «сознание», «психику» и «телесность» экзистенциальные мыслители (Г. Марсель, Е. Минковский, К. Ясперс, Л. Бинсвангер, В. Франкл) преодолевают – утверждая целостность личности как единство сознания, экзистенции, плоти и духа.

Практически, в терапии это преодоление субъект-объектного мировоззрения означает сразу ряд отказов от привычных для естественно-научного подхода позиций:

  • отказ от позиции наблюдения за клиентом со стороны (сверху), восприятия его как объекта, к которому необходимо применить ту или иную технику, чтобы его «изменить».
  • отказ от позиции «эксперта», «всевидящего» или «Бога», знающего за клиента, в чем его проблема и как ее решать.
  • отказ от обладания, «подчинения», «поучения» клиента, навязывания ему своих убеждений, ценностей, мировоззрения. Вместо установки на обладание и овладение – экзистенциальный терапевт реализует установку на бытие, т.к. взаимность, взаимопонимание, сотрудничество на равных, бытие рядом, со-присутствие. Терапия становится экзистенциальной только тогда, когда терапевт вовлечен в общее со-бытие с клиентом.
  • отказ от объективации «психики» клиента, вырванной из контекста его целостной личности, жизни и истории - как того, что необходимо лечить.

 

Важность контекста для понимания

Отсюда вытекает второй принцип – важности контекста для понимания клиента. Для экзистенциального терапевта нет никакого клиента, вырезанного из своего окружения и жизненного контекста. Нет и «психической проблемы» которую можно было бы решать вне всей многогранности личности клиента, его истории и жизни. Вне этого контекста невозможно будет понять клиента, какая реальность стоит за его высказыванием.

 В нашем экзистенциальном понимании, если мы что-то хотим понять, то понять можно только в контексте. Когда-то из неокантианского кружка, в котором состояли и Хайдеггер, и Гуссерль, и Ясперс, вышел и их младший товарищ Гадамер. Он посвятил почти всю свою жизнь герменевтике - учению о понимании. Ему было ясно, что невозможно как-то однозначно интерпретировать текст. Разные люди интерпретируют один и тот же текст по-разному. Исходя из множества различных  обстоятельств своей жизни, каждый понимает по-своему, под себя. Как вообще возможно взаимопонимание? Гадамер работал над этим вопросом, создал целое учение.  И стало ясно (и это важно для нашего направления экзистенциализма), что для того, чтобы что-либо понять, важен контекст. Не только, что говорит человек. Но и то, как он говорит и кому он говорит. Как то, что он говорит, соотносятся с тем, что он делает. Александр Ефимович Алексейчик особое внимание именно этому уделяет – проверке соотношения между словами и действиями, между словами и их обращенностью - словами в пустоту и словами кому-то конкретному. Это все создает контекст. В экзистенциальной терапия важнее не сами слова, а то как они произносятся и в какое действие переходят. И одно действе может быть важнее многих слов. Также принцип контекста означает, что измениться клиент может - только изменив тот образ жизни, в котором он заболел. И помочь ему в этом может создание нового общего терапевтичного контекста между терапевтом и клиентом.

 

Опора на собственный жизненный опыт

В основе, по крайней мере, европейской медицины лежит миф о раненом и сумевшем вылечиться враче, целителе (см. миф о кентавре Хироне и его ученике Эскулапе). То есть для становления врача, важен опыт собственной болезни и собственного выздоровления. Без этого врачом не становятся. И тогда первый вопрос к тем, кто хочет стать врачом - чем Вы были больны и от чего Вы выздоровели. Это опора на собственный жизненный опыт. Только лично пережитое – безусловно, истинно и может служить твердой опорой, ведь чтобы сопровождать клиента на его пути выхода из кризиса, помочь выбраться из пропасти к вершине - необходимо знать географию местности. Истина для человека - это то, что открывается ему в ходе его жизненного опыта.  Через собственный опыт или опыт тех, кому он безусловно верит.

 

Деуниверсализация

В течение многих веков создаваемые мировоззрения и философские системы были всегда универсальными. Например - универсальная философия Гегеля, охватывающая и объясняющая весь мир. Любое учение эпохи классики - претендует на то, что объяснять весь мир через какую-либо универсальную идею (Абсолютный дух у Гегеля, материальное производство у Маркса). Невозможность выстроить картину мира на одном универсальном принципе привело к концу эпохи классики и началу неклассических философий, одной из которых была экзистенциальная философия. В том ее виде, который развился в МИЭК, идет отказ от универсализации. Это означает, что все философии становятся для нас локальными. В одном случае, чтобы как-то понять происходящее с нами или нашим клиентом, нам в помощь может быть Гегель. А в другом случае, чтобы понять происходящее он совсем нам не в помощь… но нам в помощь будет Кьеркегор, Достоевский (какой-либо его «похожий на нас» персонаж), Камю или Толстой. Каждому конкретному больному необходим свой конкретный индивидуальный рецепт, свое лекарство. И что полезно одному, может быть бесполезно или вредно другому. И даже для одного и того же человека в разные периоды жизни помогать и вредить будет разное. «Сто лет одиночества» или «Степной волк» хороши (утешительны) для одинокого подростка, чувствующего себя «иным», «непонятым», «отвергнутым» и что поговорить не с кем – укрепляя его в мужестве противостоять травящей его «массе». Однако во взрослой жизни такой одинокий романтизм может стать помехой в нахождении своего Другого (друга, любимого), и тут в помощь могут быть «Вино из одуванчиков» Брэдбери, или «Братья Карамазовы» Достоевского. Но все это очень индивидуально.

 

Принцип «жизненного мира» или «Мы живем не в одном и том же мире»

Этот принцип мы находим у позднего Гуссерля. А также у феноменолога Е. Минковского в его концепции «проживаемого времени» и «пространства». Он заключается в том, что у каждого человека – свой уникальный субъективный мир. Ни одно событие не переживается людьми одинаково. Ни одно произведение искусства или пейзаж не будет воспринят одинаково. У каждого человека в разные периоды жизни может доминировать прошлое (переживаемое в сожалениях и угрызениях совести, настоящее (переживаемое в приятии/неприятии, слиянии или уходе от мира) или будущее (переживаемое в активности, ожидании, желании и надежде) – но то, как именно он их переживает  – всегда неповторимо. Каждый реагирует на событие, и находит в произошедшем свой уникальный смысл. Любое событие, пережитое человеком – становится событием Его Жизни. И в терапии мы занимаемся не объективными фактами, а именно их значениями для человека.

Итак, принцип жизненного мира означает, что ни один человек не живет в «объективной» действительности. Сам процесс переживания и осмысления пережитого уже присваивает этот мир, делает его своим личным. Потому классическая дихотомия «внешнее» и «внутреннее» не работает в отношении жизненного мира человека. На питерском саммите психологов, прошедшем 31 мая online - этот вопрос подняли известные профессора Е.В. Субботский, В.А. Петровский и Виктор Каган. И пришли к такому же выводу: ни одна книга не будет усвоена, переварена человеком так же как другим. Каждый увидит свою «лунную дорожку», встроит прочитанное и пережитое в свою картину мира – по-своему. И со смертью человека исчезает этот уникальный взгляд на мир. В психотерапии это означает, что практический метод должен быть не заимствован, даже у учителя, а рожден практикующим, «психотерапия должна быть по себе» (Каган). В отношении клиента это означает, что мы будем прояснять (Э. ванн Дорцен) переживаемый опыт, возникающие в ходе переживания смыслы, а также верования, этику и ценности, которыми человек руководствуется, и, в итоге - всю складывающуюся на их основе картину мира человека в целом. И ни в коем случае не внушать/ навязывать свою картину мира. Для этого необходимо создать общее жизненное пространство, стать частью мира клиента. И принять его в свой мир.

 

Культурная полилингвистичность

Культурная полилингвистичность – это понимание с кем и какие слова мы употребляем, осторожность с употреблением слов. Воссоздание смыслов и образов, стоящих за этими словами для этого человека. Потому что слова могут быть одни, а образы разные. Этот принцип был хорошо проявлен во время докладов на Втором Всемирном Конгрессе по экзистенциальной терапии, в Аргентине (май 2019). Конгресс назывался «Тревога в эпоху перемен». В составе делегации МИЭК были переводчики-полиглоты, и они обнаружили, что одно и то же слово (даже с одинаковым написанием)  может означать разное. «Тревога» для немцев, англичан и для латиноамериканцев (испаноязычных) – это совершенно разные слова. Культурный смысл их совершенно разный.  Для германоязычных немцев и австрийцев тревога отличается от страха. Тревога безотчетна и беспредметна. А у страха есть конкретный предмет, и немцы и австрийцы с этим работают. Тревога как недо-страх, пред-страх. Тревога в английской культуре – это как знак, как щелчок, как гудок паровоза. Это было видно по тому, насколько доклад Эмми ван Дорцен, много десятилетий живущей в Великобритании отличался от доклада Альфрида Лэнгле. Наш переводчик приводил пример с воздушной тревогой, на нее нужно реагировать, если хочешь остаться жив. Спасибо тревоге – она нас предупреждает. В немецкой культуре слово тоже, но за ним нет того смысла. Эмми ван Дорцен доклад делала как представитель британской культуры. И среди ее носителей было полное понимание, почему она призывала благодарить тревогу. А для немецкоязычных участников Конгресса благодарность тревоге – странная странность. А в испаноязычном мире тревога – это грусть-тоска. И за что благодарить тоску совершенно непонятно. Особенно непонятно было латиноамериканцам. Хотя слово одно и то же, латинского происхождения. И такого  - огромное количество.

Вот почему необходима открытость и диалог культур, без которого невозможно взаимопонимание. Для диалога же важно не абсолютизировать свою культурную традицию.

 

Принцип дополнительности

Понимание, которое у нас возникает,  всегда локально. Ни одна теория (психологическая или философская) не может описать ситуацию или жизнь конкретного человека полностью. Любая концепция, теория описывает только часть ситуации. Любая теория схватывает какую-то часть жизни человека на этом этапе. А другую часть схватывает другая теория. А третью часть – третья теория. Такое лоскутное одеяло. Принцип дополнительности говорит, что это нормально. Все представления психологические о характерах или об акцентуациях локальны. Но все вместе, такое лоскутное одеяло, как-то может покрывать и что-то объяснять нам. Но только вместе. Этот принцип справедлив как для современной физики, так  и для современного экзистенциализма.

 

Принцип неоднородности пространства и времени

Наше современное образование и разные науки по своему происхождению и существованию естественнонаучны. В основе естествознания лежит принцип однородности пространства и времени. Аксиома, на которой строится классическая физика – принцип однородности пространства и времени. Если его убрать, то развалится все здание. Принцип однородности времени означает, что если мы получили какой-то результат здесь сегодня, то не нужно его перепроверять через день, месяц, год.  -  он будет один и тот же. Принцип однородности пространства – означает, что не нужно повторять эксперименты в разных регионах планеты - результат будет один и тот же.

В нашем же, экзистенциальном, мировоззрении происходит отказ от этого. Впервые этот отказ появляется у Хайдеггера, когда он говорит об открытости бытия. Р. Мэй говорит, что в норме человек – в силу своей свободы – непредсказуем. И только психически больной предсказуем в своих реакциях. Наш экзистенциализм призывает не спешить с выводами и навешиванием штампов, быть готовым, что дальше в жизни человека может быть новый поворот, и нужно быть рядом, если он произойдет.

 

Чувство меры

 

Любой принцип, любые представления, которыми терапевт руководствуется, могут из терапевтических превратиться в травматические , если не пытаться чувствовать меру  применимости. Как любое лекарство – другая его сторона этой яд. Лекарства без меры превращается в яд. Терапия без меры  превращается в травмопорождение. Поэтому у нас практикуется своеобразная терапевтическая гомеопатия - понемножку. Часто на супервизиях, когда разбирается случай, обнаруживается, что пять встреч приносят положительный результат, их достаточно. А если продолжать терапию, то клиенту становится хуже и хуже.

 

Экзистенциальное обучение должно само быть экзистенциальным, жизненным

Наше обучение - не знаниевое, академическое, но опытное.  У нас между знаниями отвлеченными и знаниями, связанными со своим жизненным опытом - проложен водораздел. Экзистенциальное обучение не может быть суммой информации об экзистенциальной философии и методе. Поэтому к обучению в МИЭК привлекаются не профессора-специалисты, а те, кто в своей терапии и жизни практикует экзистенциальное мировоззрение.

 

В конце конференции президент Украинского союза психотерапевтов (УСП) А.О. Фильц поздравил всех докладчиков.

 

 

ГЕОГРАФИЯ МИЭК

МИЭК – с 1999 года!
Наши контакты

Россия: +7 918 343-74-86
Украина: +38 (050) 975-25-25
Казахстан: +7 (700) 999-58-88

смотреть контакты подробнее

Наши партнеры: alexeychick.ru, hpsy.ru, institut.smysl.ru
© Международный институт экзистенциального консультирования, 2020 г.
Все права защищены